Иосиф Кобзон презентовал свой портрет
— Иосиф всегда был для меня примером, — говорит художник. — Это человек с великим сердцем. У него не бывает проходных выступлений. Потому ему удалось достучаться до сердец зрителей, потому его знают и любят во всем мире. Я давно хотел написать его портрет, но все времени у Иосифа не было. Наконец-то получилось. Я чувствовал ответственность, когда писал его портрет.

Иосиф Давыдович “не фанат собственных изображений”, признается певец. Про портрет шутит так: “Вот пройдут годы, придут люди в музей Шилова, спросят — а кто это?..”. На вопрос о чувствах, которые вызвал результат работы Шилова, отвечает лаконично: “Похож”. Его уже писали знаменитые мастера кисти — Илья Глазунов, Зураб Церетели, Никас Сафронов. Но только Шилову он позировал одиннадцать сеансов. За месяц плотного общения с художником произошел забавный случай: на одном из сеансов Шилов вынес платье Нелли, которое хранил у себя два десятка лет. Он хотел написать ее портрет, но супруга Кобзона не выдержала, не смогла высидеть.
Вечер портрета моментально превращается в вечер песни. Первый романс — для хозяина галереи. Его любимый — “Глядя на луч пурпурного заката”. Несмотря на легкую простуду, Кобзон остается Кобзоном, не петь он не может. И вот уже сама Александра Пахмутова аккомпанирует в четыре руки с Левоном Оганезовым к песне “Не расстанусь с комсомолом, буду вечно молодым”. Через минуту звучит грустный романс памяти Артема Боровика “Кадетский вальс” с проникновенным припевом “Душу — Богу, сердце — даме, жизнь — Государю, честь — никому”. Апофеоз вечера — песня “Как молоды мы были”.